В суперпозиции живого и мёртвого Танцующего Куска

1) Её слова никогда не были правдой
2) Она никогда не была готова открыться и довериться
3) Она умерла где-то посередине нашего знакомства
4) Не пройдёт и полугода, как ни одного воспоминания обо мне в её голове не будет
5) Она сделала из меня психованного деграданта и кардинально изменила способ мышления, образ жизни и прочую повседневную лажу
6) Что самое охуенное в этой истории — своего отношения к ней я не изменил
7) Никакого уныния отныне
8) Это был худший кошмар из когда либо придуманных
9) Но в итоге я пришёл к Солнцу и травке —) , набрался опыта, понимания, терпения и спокойствия
10) Последняя запись
До-о-о-о-оz-z-z-z-zвиданья!

Он смотрел на неё полными тоски глазами, борясь с предательски накатывающейся слезой. Долго. Так, что в полной темноте уже давно можно было различать черты лица. Та спала. Наконец-то так близко, наконец-то грея один и тот же, что и с ним, воздух под одеялом. И ничего более не надо, не было ничего важнее этого момента. А позади — самый счастливый день его жизни. И знал он это потому, что уже её прожил. Из миллиардов запылившихся и потускневших картинок воспоминаний, кружившихся перед глазами умирающего тела, он выбрал именно эту кипу нисколь не потерявших свою яркость и свежесть, хоть и прошло несколько десятилетий. Без каких-либо «будто», он прожил этот день от первого «заплывшегося» утреннего взгляда на неё до этого момента (и была бы возможность «приблизить» второе проживание, теперь он бы ей воспользовался), сейчас уже концентрируясь на действительно важном. Поразительно легко раствориться в житейстком и перестать замечать чудеса вокруг. Но даже с подобным барьером тяжело проморгать волшебство этой ситуации. «Это так похоже на идиллию, и видит бог, если это не она, тогда я мало что знал когда-либо». Пройдёт совсем немного времени, как всё странным образом пойдёт не так. Но она мирно спит и не знает этого, да и он завтра станет снова «тем собой». Легонько коснувшись и проведя по щеке подушечками пальцев, он поправил ей одеяло поудобней, прошептал «Прощай» и всоре уснул сам.

- Мне сегодня приснилось, будто ты уходил куда-то… попрощался и нехотя медленно уходил. И ощущение, что навсегда…
- Да куда я уйду?.. И у нас ещё так много времени.
- Угу, - сказала она и положила голову ему на плечо.

4 пачки табака и:
курение вредит вашему здоровью
курение — причина смертельных заболеваний
курение — причина заболеваний сердца
курение табака вызывает никотиновую зависимость.

А я непротив.

Можно сколь угодно долго играть в пинг-понг словами, мыслями в пределах черепной коробки, созерцать неуправляемые отскоки и изредка волей-неволей поддавать «мячикам» кинетической энергии. Однако научиться выбирать те самые «мячики» или извлекать надоевшие, оказывается, не так-то просто. А от правильного выбора и разнообразия зависит наслаждение процессом. «Подкинем к уже поднадоевшему неуловимому красному… эм-м-м… зелёный. Да, зелёный довольно любопытен. Чёрный подкидывать не стоит. Также как и коричневый, да. Зато жёлтый будет кстати.» Посмотрим, каково это: жить «на фоне» эфиопского триколора.
Что-то есть в том, чтобы каждый будний день возвращаться домой в пол первого ночи. Выключить наконец музыку в ушах и послушать город. Можно даже чуть-чуть пожалеть, что дом так близко. Тогда купить пива и посидеть на пустой, бездарно построенной, детской площадке. Превратиться в маленький приёмник витающих в ночном свежем воздухе тем для размышлений. Или совершить мнемоническое минипутешествие во времени: пережить кусочек жизни снова и без изменений. Какой же это счастливый кусочек, если ничего менять не хочется…
В одном из подобных настроений сесть бы в собственную машину и рвануть в чужой город. И обязательно ночью. Без повода. Ну, или с самым нелепым. Аля «передать зажигалку Клинта Иствуда (за 10 рублей в первом попавшемся киоске) последней одинокой девушке в зале кафе «Вилка и ложка» уездного города N вечером такого-то числа такого-то месяца такого-то года». Так будет даже лучше — ощущение причастности к свершению миссии как-никак. И сюда же: любопытно, как зазвучит своя музыка в своём автомобиле. По всем моим представлениям это должно быть чем-то особым, хотя бы на первых порах.

Одним летом, в его начале, мне подфортило найти 500 рублей. А в конце того же лета — потерять ~800. Его величество случай дал кредит и взял проценты. Теперь вернёмся к социальному: можно случайно найти собеседника, а потерять уже друга. Или того больше. Но ведь даже несмотря на давние поучения особо «ревностных» родителей аля «не бери чужого — не принесёт счастья», никто из тех, кто ходит по улице и смотрит под ноги, не откажется от халявных денег. И уж подавно никто не откажется от интересного собеседника.
И что удивляет, после прошедшего «состояния аффективного расстройства» уже не жалко потерянных денег, жалко лишь, что будет такой счастливчик, который их найдёт.

Я один, но чувствую присутствие… человека?.. Я слышу его голос, но его нет рядом. И даже не задумываюсь, кто он такой. Он намного «выше» меня на «лестнице прогресса и развития», это не вызывает вопросов и чувствуется в манере речи, тембре голоса.
Вода мне по колено, если встать на ноги. Мне кажется, она очень медленно «прибывает» - неважно. Я пытаюсь «собственноручно» себя утопить, стоя на карачках. Постоянно срываюсь и вытаскиваю голову. Сколько это длится? Ничего вокруг кроме пола, воды и этого голоса. Тот говорит мне: «Тебе не нужен воздух, чтобы жить. Это старая привычка и ничего более. Теперь ты свободен». Я оборачиваюсь на него и отчаянно кричу в пустоту с навернувшимися от бессилия слезами: «Но я не могу, не могу! Мне слишком страшно…». «Рано или поздно через это проходит каждый смертный и далее будет только лечге жить», - добавляет он, но говорит не о смерти как таковой. Медленно, будто мысли движутся сквозь мёд, я начинаю понимать его. До меня будто доходит тайна мироздания, большей эйфории не бывает. И даже вода в лёгких её ничуть не портит.

Встретил её сидящей на корточках в коридоре. Ничего не говоря, обнял и стал родным. Не было ничего важнее и в этой близости заключалось истинное счастье, но пытаясь сохранить, пробираясь сквозь толпы веселящегося пьяного народа вверх, потерял её. И я знал тогда: есть люди, нежалеющие о пропавших в их жизни, кто бы те для них бы ни были. А утром хотел, чтобы это осталось сном.
Как был глуп. И приходил домой холодными вечерами смертельно уставший. Но запах. Каждый раз меня ждал у порога новый, неожиданный и интригующий запах. Она старалась. Сама того не зная, она каждый день давала мне силы раздеться, дойти и уничтожить источник благоухания с тем, чтобы завтра всё повторить заново. Тогда я даже и не думал, что так мал. Тогда я был очень важен и велик. Хотя у многих это не рушится до самого конца.

Кстати. Расскажу вам о своём способе похудания. Как и все изобретатели подобных чудодейственных заморочек, я считаю её единственно работающей в условиях максимальной быстроты достижения результата. А способ заключается в «нервах». В моральном неудобстве, неизвестности, бессилии, переживаниях и постоянных «тёмных» мыслях. В моём случае — это переживание за любимого человека. Мало того, что у вас и мысли о еде не возникнет, так вы ещё и будете совершать постоянные «пробежки» от левого угла комнаты к правому и обратно неустанно в течении нескольких часов. Через некоторое время вы собственными силами достигаете такого состояния, когда кусок когда-то любимой жареной картошки валится изо рта как зубы забывшего надеть капу боксёра-неудачника. Со стороны устойчивости психики — это конечно отнюдь не положительно, но ведь результат, ребятки, результат! Менее чем за 7 дней — 6 килограмм. И это при том, что мне худеть некуда было.
Так-то.

Гормон горя находится в солёных огурцах и водке.

Сказка с несчастливым концом, видимо, и есть жизнь.

Себя бы двухлетней давности увидел — убил бы. Значит, нет больше того человека.

Лень расплодилась настолько, что трудно френдленту прочесть.
Люди с мыслебарьером.
Люди с чувствобарьером.

Сенсация: все критики — бабуси!
Редкий случай, когда обратное тоже верно —)

Было дело, подумал какую-то гениальную мысль, потом попытался её облечь в удобоваримый вид и понял, что это несусветная глупость… и то, что я про это рассказываю — тоже глупость немалая.

Это провал чехов
Это чехов порвал
Чехов порвал это
Чехов — это провал
Упорные парни
Парные упоры

- Лучше правда? Лучше правда, ты считаешь??? Так на тебе, сука, правды! Смотри, чтоб в рот, блять, вся залезла, твоя правда! Давись ею, блядина! Да не жалуйся, что, мол, слишком жестка! Жри, мудак! Да на тебе в поддых, чтоб лучше проглотилась! И рот тебе закрою, пидор, чтоб не выплюнул ненароком свою так любимую. Не жуя глотай — прочувствуй, родную, - глотай же, мудень! Ну как, вкусна твоя правда? Нравится тебе, ублюдок?! Что, уебан, теперь ты скажешь?!
- Правды… правды мне!

Шёл из магазина и подумал, что, наверно, за весь второй курс наибольшее удовлетворение от сделанной «работы» (тут обо всём: курсовые, контрольные, домашние задания и т. д.) в институте я получил от нарисованного на лабах по ТМиТП в пэйнте яблока. Оно было на редкость красивое, это яблоко. С бликом от солнца и тенью… Если бы это яблоко перенести с монитора в реальный мир, это было бы самое вкусное яблоко в мире. Хоть и плоское.
Иногда вспоминаю о нём как о лучшем приключении года, да.
Я его даже преподавателю показал… смотрите, говорю, какое яблоко красивое, а он мне: «Если вы продолжите в том же духе, я вас выгоню. Вы, наверно, всё сделали, раз яблоки рисуете здесь…».
Не ценят в технических университетах индивидуальное творчество, ребята.

- И что ты такого в прошлой жизни сделала, что в этой такая красивая?..
- Не знаю…
- Кстати, видно, что ты чувствуешь свою силу и активно ею пользуешься.
- Какую ещё силу?
- Силу красоты, какую ж ещё? Но в других я счёл бы это отталкивающим самодовольством, а в тебе мне это почему-то нравится. И не смотри на меня так — я дар речи теряю…
Курсовую по *** начинала делать?
- Неа.
- И правильно, не люблю суетных людей…
- Значит, ты любишь меня?
- Ну да.
- И можешь прямо сказать?
- Эти «три заветных слова»?
- Угу.
- Я люблю тебя.
- Это самое странное объяснение, которое мне когда-либо приходилось слышать.
- Твоя заслуга. И много ты их слышала?
- Достаточно…
- Ну, одним больше, одним меньше.

*все сходства с реальностью случайны

Память похожа на глубокий колодец с ситом наверху, наполняемый крупицами зерна короткоруким карликом. Большие зёрна остаются наверху и при желании их всегда можно пощупать, маленькие же проваливаются внутрь и вроде бы они там, но достать нет никакой возможности. А ещё бывает, большие со временем ссыхаются и тоже падают вниз. И переполнить колодец никак не получится — быстрее этот карлик сдохнет… - подумал я. А потом добавил, - Какое неудачное сравнение… и карлик ещё какой-то…

Дозатор вытащенной только что из холодильника бутылки водки булькал каждые три секунды — холодный воздух постепенно нагревался, расширяясь и подталкивая его вверх. Потом он падал, отпустив на волю немного нагретых испарений, и почему-то звонко хлюпал. Я слушал это как тиканье «непроизвольных» часов и думал, что так замедляется время. Всплывать и хлюпать начало не только в бутылке…
/
эта её рука… не могу от неё отвлечься, она магнитом тянет моё внимание. Мне противно и в тоже время я не могу не смотреть. Отвратительные пять сарделек на молодой конечности, я как будто вижу будущее этой девушки — оно меня пугает ещё сильнее, ничего хорошего я там не вижу, - но тем пристальнее осматриваю ладонь. Если бы прямо здесь и прямо сейчас за окном начали рваться снаряды, разрываться на части тела, бегать, кричать и падать люди с безумными от страха глазами, меня бы это заинтересовало в десятки раз меньше, чем сия отталкивающая «картина»
или
неповторимое ощущение «грусти неудачника» с осознанием наличия в моём рюкзаке чекушки «на одного». Огромными одуванчиками валит снег и чертовски красиво пляшет под фонарным светом. Минут на десять останавливаюсь посмотреть на всю эту галиматью… впрочем, ту же самую галиматью я вижу и сейчас, и постоянно. Но там, под фонарным столбом это выглядит завораживающе. А так… вполне себе наглядное пособие по изучению смысла жизни
или
те тёмные улицы пустынного и брошенного на ночь города, желтоватый полупризрачный свет, закрытые с трёх сторон дворы, единственно греющий огонь в мусорном баке, многозначительное молчание собеседников… хотя это не со мной, подождите
или
целая ночь, проведённая на балконе в созерцании проезжающих мимо машин и гуляющих компаний на центральной улице города, какое-то радио из кассетного плеера… вы спросите, о чём может столько времени думать 15-тилетний (тогда ещё) пацан — я сам удивлюсь «и как это ему не стало скучно за это время?» и отвечу, что не помню. Наверно, это тоже было уже не со мной
и так далее, и тому подобное до храпа в незастеленной кровати в беспамятстве.

- Из ночной в ночную?
- Ага, мы с напарником поменялись. — указываю на график дежурств. — А вы здесь весь день что ли? - получаю утвердительный кивок. — А график какой?
- Один через три. Только тут менять собрались — смены по 12 часов будут. И тогда я тут так вольно не похожу…
- А пла… - попытался я узнать насчёт зарплаты, но моего собеседника уже понесло. Он и так мне постоянно что-то впаривает, а сегодня ещё и поведение у него было какое-то странное.
- Так отработал 24 часа, на следующий день отоспался и — два выходных. А с новым графиком набегаешься…
- А ско… - и вторая попытка с треском провалилась. Мужик был поддат, понял я, когда он случайно выдохнул в мою сторону.
- Не поспишь как сейчас. По пол часа можно попробовать, но нет, не поспишь. Зато денег обещают — 1000 долларов. Но отвечать придётся за весь завод.
- Так а сейчас сколько платят? - с третьего раза, как христианский боженька любит, получилось задать вопрос.
- Копейки! Да мне и деньги не особо нужны. У меня жена работает — поэтому и я пошёл. Так 400 долларов выходит. Но мне как-то… захочу — и больше заработаю. Я ж тут ещё не только дежурю — ещё работа всякая есть. Просто я тут незаменим. Все знают, что если я дежурю, всё будет в норме. А начальству — насрать. Иномарку тут хочу купить… хорошую. А им — насрать. Им вообще на всё насрать.
Тут вот насосы есть, там чтоб вода с железом не соприкасалась, их собирать надо, а никто не умеет. Кроме меня. Я за два часа соберу — и тыща есть. Говорю, работа? Работа. Ну вот платите за неё, раз работа. А они не сразу… Вот так собрались втроём: начальник цеха, ещё кто-то с кем-то… и 6 часов собирали! Втроём! Ха-ха! А я один — за 2 часа. Вот с тех пор тысяча стабильно и появляется. Я ж говорю: Мастером Своего Дела нужно быть. Хоть учёным, хоть парикмахером — один хер. Главное — Мастером Своего Дела! - я смотрю как он сначала курит, а потом неуклюже, медленно собирает пепел, размазывая его по столу. — Помню был один… забыл имя. По телевизорам специализировался. Мастер — у-у-ух! Поломася так один раз телевизор — я к нему. Он приходит и не заходя в квартиру с порога: включи. Включил. Звук сделай — сделал. Он послушал, говорит: антенна у тебя, подключи. И побежал. Ну, я посмотрел: действительно, антенна! И второй раз также: на этот раз просто — оп, и помехи — ну, старый, видно. Я опять к нему. Он снова с порога: включи. Включил. Звук сделай — сделал. Послушал и выдаёт: Т-11, во «Флейте» продаётся. Ну, пошёл, купил. Это триод такой, стеклянный что-то… В общем, припаял на место старого — опа! Заработал! Вот так: с порога, даже не смотря! Мастер Своего Дела! Вот раньше слово «дилетант» просто так было… а теперь отрицательный оттенок приобрело. А Мастер Своего Дела — это да-а-а! Я тебе рассказывал про мальчишку, что на глине каждый день сидел?
- Ага, было дело.
- Вот. Я бы клип на эту тему снять хотел, но никакого отношения к кинематографу не имею. Такое тёмное, грозное небо, всё в тусклых тонах… эти сварщики… все пьют, работают, грязные. И мальчишка сидит, смотрит каждый день. И тут спрашивают у него: «Чего не в школе?», «Ну её!“», «Давай-давай, подрастёшь — нас заменишь!». Всё, не видели его больше. — тут он взял небольшую паузу. Вышло некое затишье перед бурей, потому что отдохнув, он начал… - Я вообще этих людей за компьютерами не понимаю — сидят с умным видом, будто чем-то важным занимаются. А сами в этом ни ч-черта не смыслят! И главное сидят кислые, хернёй страдают, да лучше бы ты бетон вёдрами таскал с улыбкой на лице! Гниют сидят. Жить надо живо, я тебе скажу. Живо! Учиться, быть Мастером Своего Дела, незаменимым — и всё, больше ничего не надо! - помолчали.
Я по всему Союзу кроме Камчатки и Сахалина в своё время поездил. Белое море пешком обошёл за 15 лет… - тут, признаться, несмотря на всю его навязчивость и гомон работающей техники, постоянно сопровождающий повествование, я испытал к нему огромную симпатию и понимание. У меня самого есть желание собрать всё самое нужное в дороге и двинуть куда глаза глядят, но моё сочит бессмысленностью. Обхождение же огромного моря по периметру имеет хоть и маленький, но смыслик. Рассказчик тем временем пальцем обозначил море и вокруг этого моря водил пальцем, показывая маршрут. — Тут погранка, так вот обхожу, тут болото — 2 года потратил, тропки отыскивал — тут опять погранка — всё, пиздец. — неоднозначно закончил он.
- Один ходили?
- Нет, с другом, умер уже. Сашка. Ой, настрелялись мы тогда… Сперва ноги отваливались. Сзади рюкзак, огромный, спереди, рюкзак, маленький, в руках по сумке и ружьё через плечо. Блять. Потом… котёл рыбы, 3—4 банки красной икры, ещё какая-то мелочь — всё, не надо жадничать.
В последнее время с женой в Астрахань зачастили. Предпоследним летом не ездили — мать умерла у меня, 92 года было. Потому и не ездили. А так… сел в машину — поехали! Но, конечно… 18 часов за рулём… трудно. Зато потом: приехал, выпил, расслабился. Там паром есть — вот на нём на остров ездим. Он такой, километров 20 на 10. Местных нет, всё чисто. Номера встречаются из Тулы, Новгорода, Москвы… 10% из-за Урала. Ну вот, там на берегу поставил палатку, вещи разложил — там не воруют, всё культурно… ну, приёмник можно спрятать — мало ли что — а так не воруют. Чего ловить будем? Щук? Сомиков? Жериха? Тарань? - задумался на некоторое время. — Карася! Ну, карася так карася. А караси там!.. Такие! - показывает. — Вдвоём одного съедаем, по одному ловим каждый. Приходишь — ср-разу его раз-делать, всё вычистить, по-солить. по-перчить, шприцом в него соли р-раз, р-раз и коптить. у-у-у! А щук когда ловим — только таких. Больше — выбрасываем, мясо невкусное. Меньше… ну, меньше… тоже выбрасываем! Только таких и ловим. Раков? Выпил 100 грамм, поехали! Раков ловить. Наловим — пол ведра обычно — покидали, наварили… ах! Кр-расные! Пиво достал, раки лежат… водки хочешь? Нет! Только пиво и раки! А родники там — прямо в речке, так поставил охлаждаться пиво… такие упаковки продаются… водку там, масло… м-м-м! Представляешь, как хорошо в жару — холодного масла? И никто не украдёт. А рядом такой же «тайничок» лежит. И по ночам там все голышом купаются. И стар, - рукой обозначил бороду-лопату, - и млад, - опустил ладонь по вертикальному уровню «млада». — Темно-о, только задницы сверкают. Уже ничего не видно — одни задницы. Далеко-о видать! - посмеялись и помолчали снова. Я успеваю достать плеер и нажать на запись. Далее идёт почти дословно.
- На хуй эта работа нужна?! Мне надо там… что-то купить или бензин — да Господи! Не поленился, встал в 6 утра, в 7 мне надо быть на проспекте… там голосуют, там голосуют, там голосуют. Куда? Станция. Куда? Туда. Там… час поездил — 500 рублей. Хочешь — заправляйся, хочешь — покупай продукты. Всё! Жадничать не надо.
Если бы жена не работала — я бы не работал. А то неловко как-то. А она работает. — сказал он это с таким разочарованием, что даже грохнул ладонью по столу.
- А кем?
- Она тут специалист. Она здесь работала лет 30, потом уволилась, ушла в наш Электрон-проект, там тянула, потом плюнула, опять вернулась, а теперь она… вот здесь строительство — она курирует, - опять грохнул ладонью, - контролёр! Нужны зна-ания, о-о-ой нужны знания!.. Ей надо… проверить лю-убой проект, лю-убое техническое описание на достоверность, на правильность. Она грамотная. Она, конечно, молодец. Специалист узкого профиля! Энергосбережения завода. Любого. В том числе электронной промышленности. Здесь есть более 20 видов энергоносителей. Сюда входит… ну допустим так: кислород, азот, водород, ионизованная вода, оборотная вода, кондиционная вода (пару я не расслышал) и ещё, и ещё там. И везде ей нет равных. О! Востребована! Пенсионерка. Стройная как я — мы тут два живчика бегаем. И всё, и не надо там… хватать звёзды с небес. Надо быть специалистом в одном деле и чтоб не было равных, точка! А окружающие заме-этят, быстро заметят. Учись! Дотошно, скрупулёзно.
На старости лет завёл аквариум… ну хоть не подходи к нему! Скалярии выросли… здоровые такие… такие! И вот только подхожу и… и уже всё! Они там месятся, вот так, - размахивает ладонями, показывая, - так, прыжками, общаются. Они аж прям вне себя — хотят общаться. Как собачонки. Я уже боюсь подхожить к этому аквариуму — я не могу уже!!! Они там рвутся в стекло, тыкаются. Так-то они так, сдержаные. Я мимо прохожу — всё, месятся! Тут нашёл камушек, с две пачки сигарет, ну, такой неправильной формы, естественно чёрный, какое-то белое отложение… ну это типа известняка. А сбоку две ракушки — им миллионы лет! Когда-то были живые организмы, когда-то лава залила, законсервировала… - тут он довольно резко помрачнел, замолчал и закончил, - ну ладно, пойду делом займусь. Пока!

В городе потеплело и прошёл мелкий, моросящий дождь, очистивший воздух от грязи и пыли. Ненадолго, конечно, но этого времени хватило, чтобы освободить свежий и вкусный запах весны. Насыщая воздух, этот аромат привносит в него питательные свойства, так что создаётся впечатление, будто пьёшь, а не дышишь. Зачастую, он приятнее всяких там родниковых да артезианских вод.
Я нашёл выход на крышу этого ночного пустынного индустриального храма под названием «Микрон». Вижу, как ветер порывами играется с полупрозрачными, и от того ещё более похожими на целлофановые пакеты, облаками, как вскинувший руки в победном жесте спортсмен грудью рвёт финишную ленту и как падает в замедленной съёмке, сражённый очередным порывом-пулей, как разогнавшийся морской конёк выпрыгивает из воды и скрывается за горизонтом крылатым Пегасом, как какой-то неизвестный науке динозавр снова гибнет, оставляя после себя безголовых регбистов. Чертвоски приятно гулять там, пританцовывая под никак не предназначенную для этого музыку или стоять, ловя лицом прохладный, мягкий ветер, и вглядываться в редкие источники света далёких окон. Весь этот коктейль из крыши, воздуха и ночи уносит, заставляет мечтать. Сие есть моя так называемая «работа». А меня ещё спрашивают, почему я здесь не сплю. Богохульство — терять подобные моменты, размениваясь на «приземлённый» сон.
 Честно говоря, столько времени исключительно для «мышлений» и приобретения интеллектуальных «книгопотребительских» удовольствий вкупе с подходящей атмосферой брошенности, покинутости и одиночества у меня никогда не было и вряд ли будет. Поэтому стараюсь использовать подвернувшуюся возможность по максимуму.

Перлы от…

1) друзей Серёжи (1, 3, 4, 5) и Сани Б. (2):

• внезапное пространство
• потрясающая длина рук
• вы смотрите на мир очень распространёнными глазами
• это был майонез, смешанный с моим дышлом
• слюни, мой пар, мой дух

2) небезизвестного юзера Блога:

• заебаться об стенку
• я вас подорву на гранату
• мелкососы

3) отца яблок:

• 12-ти чертям похожести с такими изменениями (в состоянии сильного алкогольного опьянения)
• попёрхивать
• экскремист (скорее всего не ново)

- Смотрите, как Эдвард разбух. Верно, опять мыслей понахватался…
- Или…
- Не-э-эт, с Эдвардом такое вряд ли возможно, - говорю. Могло быть только две причины — все это знают, поэтому не было смысла договаривать.
К нам медленно подкатывал наш друг, общепризнанно, самый умный из нас.
- И как он ещё не лопнул к чертям от переизбытка мыслей?
- У него есть мы, Рич. Всегда всё, что ни надумает, бежит выдувать нам. Вот и сегодня нас ожидает увлекательный вечерок — не зря же он нас собрал.
- А, так это его инициатива была? Тогда ясно.
На столе уже стояло пиво и всякая солёная мелочь на закуску, ждали только Эдварда. Он вечно опаздывал и не тратил время на пустую болтовню, поэтому после обычных «привет — здорово» сразу начал.
- Ребят, я тут вот что подумал… насчёт философии Канта… А ведь не такой уж и валенок парень был — тут уж первое впечатление меня подвело, признаю. Короче, вот в чём я ошибался… - по мере изложения своих соображений Эдвард потихоньку сдувался, а мы набухали мыслями, чтобы, поделившись ими, уменьшиться и снова наполнить друг друга, и так пока не достигнем постоянности в размерах. Вряд ли вы, люди, поймёте, насколько это приятно.
Джим тогда говорил меньше всех. Обычно он очень активен, но в последнее время что-то стал совсем огромным и тихим. Джима переполняли чувства… ну, вы понимаете, о чём я. Все мы прекрасно знали, о чём он молчит и побаивались, как бы он не лопнул прямо здесь. Он же ведь интраверт, «всё в себе», никогда не поделится, что его гложит или беспокоит. И, знаете что, с ним это когда-нибудь сыграет злую шутку. Я ведь ему так и говорю при случае: «Джим, это с тобой злую шутку сыграет, ты понимаешь?». А он только кивнёт молчаливо или вовсе проигнорирует. Сущий интраверт. Но главное, чтобы не у нас на глазах сыграло. Очень неприятно, когда ваш друг лопается прямо при вас — да вы, верно, сами понимаете.
В общем, посидели так часа два, выпили всё пиво, исчерпали мысли, а время было уже позднее и на работу завтра… двумя словами, стоило расходиться.
Вот так и живём: то пухнем, то сдуваемся. И в том наш смысл: как можно чаще пухнуть и сдуваться. А иногда можно и лопнуть для разнообразия. Уж не знаю, как у вас.

Чтобы дойти до станции метро, нужно было «преодолеть» подземный переход, а я хотел как можно больше и как можно «естественней» напиться дешёвым пивом перед концертом. Естественней — в смысле не стоять и целенаправленно поглощать жидкость, а по дороге, слушая музыку и думая о своём, о девичьем. Хотел было уже заходить в переход без ничего, но чёрт меня попутал увидеть рядом «Супермаркет вин». Ну, раз супермаркет, значит и пиво будет. Теперь направился на штурм перехода с открытой и отпитой, «недевственной» бутылкой
Под землёй дежурили два мента и встретившись с одним из них взглядом я успел продумать множество вариантов развития событий: «Хм, у меня бутылка в руке, подойдёт или не подойдёт?», «Может ещё не поздно повернуть?», «Бросить бутылку?» и так далее в том же духе. Но думал продолжая на автомате идти и в итоге уже зашёл в «зону действия милиционера» - один активировался и начал приближаться в мою сторону. «Ну бля-а-а-а-а-а-а-а» наполнило мою голову, вытеснив оттуда музыку.
- Ваши документы, пожалуйста?
- Студенческий с собой.
- Нормально.
Секунд пять смотрит в предоставленный помятый кусок картона и спрашивает:
- Московский… чё это?
- Московский Институт Электронной Техники, в Зеленограде.
- Понятно. Ну… вы знаете, что согласно статье такой-то запрещается распивать алкогольную продукцию в общественных местах?
- Э-э-э, нет…
- Так вот, информирую вас: нельзя.
- И что теперь будем делать?
- Пройдём в отделение, составим протокол, оплатите штраф, пошлём по месту вашей учёбы, посидите в отделении три часа и отпустим. Вы никуда не спешите?
- Вообще-то спешу: у меня концерт.
- Ага, а во сколько концерт-то?
- В 8, сейчас без двадцати.
- Ну-у-у-у, может повезёт — постараемся всё сделать побыстрей и может не придётся вам сидеть в отделении. В отделении-то были?
- Неа.
- Ну вот теперь будете.
- А машина скоро придёт?
- Ага, она тут туда-сюда ездиет, минут 15—20.
- Бли-и-ин. А можно как-нибудь… ускорить процесс… ну там что-нибудь, - очень пространно намекаю, что готов дать взятку. Разговор проходит с небольшими перерывами — вопросы приходят с трудом, потому что мысли ходят вокруг одного «Попил пивка перед концертом… один глоток всего ж сделал». Ещё двум прохожим с друзьями повезло также как и мне — мент с фразой «Ух-х, сколько ж вас тут ходит!» направился к очередным жертвам. Дружной компанией подождали пару минут и решили двинуться пёхом.
На выходе из перехода встречаем тройку гасторбайтеров, у которых естественно нужно было проверить документы. Оказалось, нет прописки, нет договоров каких-то, нет того-то, нет сего-то. Мы с парнями стоим ждём развития ситуации. Второй милиционер проверяет документы, а мой так, типа помогает присутствием. Я у него ещё раз в слепой надежде спрашиваю:
- Чёрт, можно как-нибудь побыстрей?
- Эх, хочется тебя отпустить на концерт… Пойдём, - начинает спускаться обратно под землю. Последнее слово я не расслышал, но по поведению понял, что нужно следовать за ним.
- Ты понимаешь, не могу я тебя отпустить так просто. В общественном месте ты пил пиво — тут протокол нужен, а протокол без денег не составишь. Что это такое — пустой протокол? А откуда я возьму деньги? Из своего кармана? Вот не зашёл бы ты в переход — выпил бы перед магазинчиком, - и всё ок. Ты пединститут знаешь тут рядом?
- Угу. То есть видел, когда мимо проходил…
- Его студенты меня уже ненавидят, наверно. Сколько их тут я переловил!.. Двух даже выгнали — они сопротивляться начали, права качать… но это пока их дубинкой по голове не остановили.
- Вы говорите, по месту учебы придёт. И что будет?
- Ну, с первого-второго курса выгоняют, бывает. Но всё от дисциплины зависит. Ты на каком, кстати?
- На третьем.
- Ну, на третьем не знаю. А с дисциплиной как?
- Э-э-э, в смысле — дисциплина? Вроде не жаловались пока.
- Ну хорошо.
Снова поднимаемся и у входа видим компанию мужиков лет 35—40 расслабляющуюся пивком и беседующую. Он подходит и начинает свою обычную байду про «что ж вы тут делаете, предъявите документы и идите вон туда, подальше, чтоб я вас не видел».
Продолжаем разговор.
- А штраф сколько будет?
- Тримрот.
- Сколько?, - я подумал, что не расслышал.
- Тримрот — триста рублей.
- А-а-а.
- Ты пойми, мне деньги не нужны. У меня зарплата хорошая — не жалуюсь. 25 тысяч плюс подрабатываю по мелочи.
- Что за подработка?
- Да охраняю всякие банки и прочую фигню. Короче, у тебя деньги есть?
- Ага, роюсь в кармане, чтоб проверить.
- Ну давай отдашь мне триста рублей и я уж сам протокол составлю, все дела…
- А сдача у вас будет?
- Не.
- Тогда мне бы разменять где-нибудь…
- Ну давай.
Начал с ним на хвосте посещать все забегаловки, придорожные магазины, ларьки с просьбой разменять 500 рублей — ни у кого нету. После десятого магазина говорю ему: мы тут до ночи ходить с тобой будем. Он ухмыляется, а я отправляюсь в следующий пункт приёма денег и выдачи всякой мелочёвки.
- У вас сдача с пятисот будет?
- Да.
- Тогда дайте, пожалуйста… ну… это.
- Вам что, разменять?
- Вообще да.
- Ну так бы сразу и сказали.
Не стал ей объяснять, что прямую просьбу менее вероятно продавцы исполнят, чем если покупать что-либо. С заветными сотнями возвращаюсь к своему спутнику.
- Разменял? Деньги спрячь. Пойдём вон туда, - кивком головы обозначил тёмный переулочек. Зайдя за дом, он начал:
- Ну ты понимаешь свою ошибку?
- Конечно, теперь буду осторожней.
- Ты понял. Тримрот. В карман, - и сделал вид, будто не при делах.
По-детски неуверенно ищу у него карман и быстро, почти наотмашь (хе-хе), кладу в карман три сотни.
- Всё, давай. Чтоб больше не попадался.
- Обязательно, большое спасибо, - сказал я и подумал: «Вот мудак».
Он удалился, в свою очередь уже подумав, наверно, «Вот лошина».